В то утро сычан проснулся мрачный, как сыч. Мало того, что ночью он ворочался с боку на бок, потеряв сычет времени, так и проснулся ни свет ни заря – сычасы показывали всего седьмой сычас! Сычан попытался заснуть вновь, сычитая дощечки в сычастоколе, но тщетно. Пришлось вставать. Страшно болел сычуг. Видать, вчера, встретившись с друзьями за сычаркой сычаги, сычан объелся сычахохбили и сычастика в томате. Болела филейная сычасть – вчера сычан слишком лихо отплясывал сыча-ча-ча и сычарльстон. Хорошо, что такие посиделки были не столь сычасты…Пытаясь унять головную боль, сычан сунул сычереп под холодную воду, а затем намотал на него сычалму из полотенца.
Добредя до кухни, сычан поставил на плиту сычайник, а в ростер сунул сычный сычник. Вскоре кухня наполнилась сычадом – сычан порой забывал выключать электроприборы. Пришлось ему есть все еще сычадящий сычник и пить сычай с сычаинками. Подкрепившись и сыча под столом лапками, сычан подумал – «Сычас спою!». Выглянув в окно, над сычахлыми деревьями сычан заприметил пролетающую сычайку. Зрелище было столь сычарующим, что сычан выпустил из лапок сычашку с остатками сычая. Какой сычародей поместил гордую сычайку в урбанистическую сычащу? Приступе романтизма сычан ощутил себя в далеком Сычуане и сычанил сычастушку, отразившую его сычаяния. Правда, сычастушкой это творение можно назвать с трудом, но это, право, такие сычастности!!
«прелестное сычетание
просится в сычанение –
над городской сычащей
сычайка вершит кружение!
что ей, сычайке надо –
птице-сычаровнице –
ищет свое сычадо
или же так кружится?
нету дела сычайке –
сычан без полета сычахнет…
мимо летит сычайка,
сычником в кухне пахнет….»
