"И добра желатель мой"

[sichan]

Ну так вот. Как человек, склонный к критике вообще, я от души считаю, что литературный (ну и всякий другой публичный критик) снабжен совершенно особым устройством головного мозга. В этом особом головном мозгу запросто рождаются фразы, которые простой человек без гриба-другого и не выдумает.



Мне относительно везло. К моей первой книжке предисловие написала дама из литературного кружка, жена друга-поэта (Друг-поэт). В ентот кружок я в свое время ходила, "мня мну великим поэтом". Вполне получилось человеческое предисловие - где-то похвалили, где-то чуть-чуть поругали. Читать легко, за редчайшими исключениями.

Например. "Считалки (как писали по другому поводу П. Вайль и А. Генис)"проникают прямо в кровь, минуя сознание" - благодаря не только своей простоте, но и абсолютно точному попаданию каждого слова в некий "мировой текст", как бы (о да, кагбе - прим. сы) изначально присуствующий в подсознании каждого из нас".

После "как бы" я уже как бы перестаю понимать, что же все-таки имелось в виду.

Дальше - больше. "Мне кажется, притягательность стихов [имя великого поэта] именно в этой точности попадания: вместо того, чтобы нарочито остраннять мир, заставляя нас поверить в истинность созданной поэтической картины.... бла-бла-бла. ..."радость узнавания" давно забытых картин и ситуаций не меркнет от того, что она, может быть, иллюзорна".

Ой-ой-ой.

Предисловие ко второй книге было короче, чем к первой, писал его другой человек. Но там тоже не обошлось без...
... например, такого: "...поражаешься редкому дару непосредственного "перепевания" всем явленного бытия". Или: "Понимаешь, что оценке и суду в данном случае подпадает сама душа..."

Я так, если постараюсь, нарочно не скажу.

Рецензия (она же - предисловие) на третью книгу получилась необычной. Она вся написана простыми человеческими словами, спасибо grifon. Вот тут я написала свои ощущения от этих простых слов. Спасибо еще раз Гене Рябову, без которого в жж в последнее время стало пусто. Надеюсь, с ним все хорошо.

Долго ли, коротко, дошло дело до очередной книги. К ней, "воперки" (с) ожиданиям, не стали писать предисловия, его написала я, а написали послесловие. Автор послесловия, по-моему, превзошла самое себя.


"...Что можно проследить по этим четырем книжкам? — Прежде всего, взросление автора в метафизическом смысле: расширение внутреннего кругозора, обретение жизненного опыта, позволяющего все видимое, ощущаемое
и даже нафантазированное, воображенное наделять «онтологическим статусом» (М. Элиаде)."

После некоторой книги слово "метафизический" я вообще не могу воспринимать без нервной дрожи :))). Поэтому я немедленно задрожала. Но продолжала читать.

"...сущность ее поэзии определяется как манифестация восторженного удивления юной поэтической души перед открывающимся ей бытием"...

"Все это действительно так было и «на поверхности» вполне наличествует и в сегодняшнем поэтическом дискурсе....[имя великого поэта]".

"...в чем-то существенном он от книжки к книжке менялся. Внутренне (не внешне!) усложнялся, в нем появлялись глубинные смысловые течения, водовороты, омуты — с предчувствием бездн, обширные пространства «трансцендентного". Происходил знаменательный переход от репрезентации в поэтической речи мира видимого (удивление и песнь) к постижению мира невидимого (все более дальние полеты воображения, стремление к мифотворчеству и созданию собственного — «только моего!» — поэтического универсума).

"Хочется, однако, отметить некоторые характерные особенности, проявившиеся здесь наконец в полную силу и властно определившие облик поэтического творчества [имя великого поэта] на данном этапе его эволюции."

И, наконец:
"Много сарказма, иронии, адресованных «горизонтальному» миру; себе оставляется трагизм этой иронии, этого сарказма, опасно заостряющий устремленный в небеса вертикальный вектор бытия".

Выделено мной, и что "конкретно ты имела в виду", я так и не поняла.

"...зоркий наблюдатель бытия, но теперь уже не наивно-восторженный, а умудренный пережитым, перечувствованным, и сумевший сотворить свою нездешнюю ойкумену."

Ой.ой.ой.кумена....

И да, я понимаю: человек писал из наилучших побуждений. Я понимаю - "голове моей заноза, я сказал бы даже - шиза". У меня что-то с электрическими цепями в мозгу - я плохо воспринимаю текст сложный, навороченный, с массой специальных терминов. Там, где это необходимо, я прилагаю усилия и читаю, и вникаю. Но зачем же к простой книге, написанной простыми словами, писать ТАКОЕ послесловие? Какие образы должны порождать ТАКИЕ словоформы, выливающиеся на бумагу?
Что хотел сказать автор этих строк?
Впрочем, еще раз скажу, что я вообще склонна к простым словам, пусть даже я собираю их в заковыристые конструкции.
Ведь в нашей жизни и без того хватает сложностей.