Седьмого числа вечером
merric зазвал меня с мужем, Ильду (
shukus) и ейного мужа, именующегося Мушильдой, в гости.
Китайско-украинско-еврейская пара ;))) прибыла в логово сычанов (идентификация национальности не поддается определению! (во завернула-то, э?)), с тем, чтобы в полном составе отбыть в гости к куме славянско-еврейско-греческой национальности. Попутно восстал вопрос о подарке рождественском.
-А, сказал злой сычан, - я знаю, ЧТО ей подарить! Подарим ей две упаковки туалетной бумаги. Авось, Меррик оскорбидзе, будет плакать целый вечер, а мы над ней будем свершать обряд глумидзе, и так получим массу удовольствия!
-А, сказали кумовья, - согласны.
И поехали покупать бумагу.
По дороге за подарком и до кумы Мушильда, добросердечный от природы, робко вопрошал, считает ли сам сычан свою собственную идею удачной, человеко- и мерриколюбивой.
-А, - говорил злой сычан, - ничё, чай, не барыня, любым дарам должна умиляться.
И приехали они, и вручили Меррику скрижали и радосто заскрИжетали в ожидании горьких слез от Меррика, и приготовились к обряду глумидзе.
А Меррик, хоббит коварный, скрестил лапы на изнуренном безуглеводной диетой пузе, и изронил из уст сахар..., пардон, токмо белковых, таковы слова.
-Ой, как хорошо! Вот аккурат к вечеру иссякли запасы мои стратегические, а туточки и вы с подарочком - кумовья дорогие, да сычаны непотребные. А стол я накрыл сытный, так что извольте жрать, пожалуйста, гости дорогие, ни в чем себе не отказывайте, ибо какать теперь в нашем доме не возбраняется, а даже насупротив того, поощЕряется.
Вот так испохабил безуглеводный Меррик, хоббит коварный, друзьям своим обряд глумидзе, да и сам над ними сей обряд совершил.
Долго ли, коротко ли, сели вкушать, обиды позабывши.
И тут Мушильда, добросердечный от природы, Божий человек, кроликовод позорный, кошколюб несусветный, живым тварям друг, товарищ и брат, спрашивает у Меррика челове..., тьфу, кротким голосом:
- А что, кума, сказывала ты, был у тебя ящик стеклянный, водой-рыбами наполненный, аквариумом обзываемый? Где он сейчас?
- А, - рек ему в ответ Меррик, хоббит коварный, кума безуглеводная, редактор прославленный, - Вон же он, окаянный, в углу СУХОЙ стоит!
И взрадовался тут сычан ядовитый, непотребный, алчный:
- Как! Как! Аквариум С УХОЙ???!!!! Так неси же ложки скорее, будет жрать-пировать, тебя добрым словом поминать!!!
И засмеялся тут честной народ, и попадал с лавок, и скрутился в корчах и пароксизмах.
А ухи из аквариума Меррик так гостям и не дал.
Злой он. Безуглеводный. ЧистА белковый, в натуре.
Китайско-украинско-еврейская пара ;))) прибыла в логово сычанов (идентификация национальности не поддается определению! (во завернула-то, э?)), с тем, чтобы в полном составе отбыть в гости к куме славянско-еврейско-греческой национальности. Попутно восстал вопрос о подарке рождественском.
-А, сказал злой сычан, - я знаю, ЧТО ей подарить! Подарим ей две упаковки туалетной бумаги. Авось, Меррик оскорбидзе, будет плакать целый вечер, а мы над ней будем свершать обряд глумидзе, и так получим массу удовольствия!
-А, сказали кумовья, - согласны.
И поехали покупать бумагу.
По дороге за подарком и до кумы Мушильда, добросердечный от природы, робко вопрошал, считает ли сам сычан свою собственную идею удачной, человеко- и мерриколюбивой.
-А, - говорил злой сычан, - ничё, чай, не барыня, любым дарам должна умиляться.
И приехали они, и вручили Меррику скрижали и радосто заскрИжетали в ожидании горьких слез от Меррика, и приготовились к обряду глумидзе.
А Меррик, хоббит коварный, скрестил лапы на изнуренном безуглеводной диетой пузе, и изронил из уст сахар..., пардон, токмо белковых, таковы слова.
-Ой, как хорошо! Вот аккурат к вечеру иссякли запасы мои стратегические, а туточки и вы с подарочком - кумовья дорогие, да сычаны непотребные. А стол я накрыл сытный, так что извольте жрать, пожалуйста, гости дорогие, ни в чем себе не отказывайте, ибо какать теперь в нашем доме не возбраняется, а даже насупротив того, поощЕряется.
Вот так испохабил безуглеводный Меррик, хоббит коварный, друзьям своим обряд глумидзе, да и сам над ними сей обряд совершил.
Долго ли, коротко ли, сели вкушать, обиды позабывши.
И тут Мушильда, добросердечный от природы, Божий человек, кроликовод позорный, кошколюб несусветный, живым тварям друг, товарищ и брат, спрашивает у Меррика челове..., тьфу, кротким голосом:
- А что, кума, сказывала ты, был у тебя ящик стеклянный, водой-рыбами наполненный, аквариумом обзываемый? Где он сейчас?
- А, - рек ему в ответ Меррик, хоббит коварный, кума безуглеводная, редактор прославленный, - Вон же он, окаянный, в углу СУХОЙ стоит!
И взрадовался тут сычан ядовитый, непотребный, алчный:
- Как! Как! Аквариум С УХОЙ???!!!! Так неси же ложки скорее, будет жрать-пировать, тебя добрым словом поминать!!!
И засмеялся тут честной народ, и попадал с лавок, и скрутился в корчах и пароксизмах.
А ухи из аквариума Меррик так гостям и не дал.
Злой он. Безуглеводный. ЧистА белковый, в натуре.
