С утра набредилось

[sichan]

На скале, что среди моря
Возвышается строптиво,
Жил дракон – огромный, черный,
С шоколадными крылами.
Днем на солнце мирно грелся,
В глубь веков смотрел устало,
Отражались в древнем взоре
Солнце, океан и время.
Ночью реял он над морем,
Мощные раскинув крылья,
Наводя тем самым ужас
На суда, что плыли мимо.
Из врагов своих заклятых
Знал дракон лишь человека –
Только с ним тягался в бое,
С ним лишь мерился коварством.
Панцирь был его иссечен,
Шрамы старые на крыльях,
Но дракон был полон силы
И все время жаждал битвы.
Как-то раз на дикий остров
То ли магией искусной,
То ль причудами погоды
Смелый рыцарь был заброшен,
Не один, а с нежной девой.
Увидав врага, воитель
Меч свой выхватил из ножен,
И, готовясь к страшной битве,
Он к богам вознес молитву.
И, готовясь к страшной битве,
Сотрясал дракон свой остров,
Шоколадными крылами
Он затмил на небе солнце,
И дышал огнем, спаливши
Все окрестные деревья.
Вот дракон поднялся в небо -
Меч заносит храбрый рыцарь…
Только слышит голос девы:
«Опусти свой меч скорее –
Посмотри – драконов панцирь
Весь посечен. Не годится
Драться рыцарю с убогим.
Отступи! Его возьмусь я
Приручить. Вреда не будет.
Коли ты погибнешь в битве,
Мне не жить. А так мы станем
Жить под крепкою охраной.
Это будет наше царство!»
И, сражен ее словами,
Отступил бесстрашный рыцарь,
И дракон, сложивши крылья,
Опустился перед ними,
И косил ужасным глазом,
И дышал, сжигая травы…
Приручался он не сложно,
Приходил на голос девы,
Позволял почистить панцирь,
Почесать себя за ухом,
И урчал, глаза закрывши,
От драконьего, от счастья.
Так в своей девятой жизни
Стал дракон обычной кошкой –
Черной кошкой с гордым нравом,
С ярко-желтыми глазами,
И стремлением к свободе.
Но которой так приятны
Просто ласковое слово,
В миске свежий корм кошачий
И немного молока…