Любовь

[sichan]

Она очень любит его. Просто боготворит. Она растворяется в нем, так она его любит. Он же, как всякий мужчина, знающий себе цену и беззаветно любимый, принимает этот дар. Принимает снисходительно, как должное.
Она не представляет себе жизни без него.
-Любимый! - Это сквозит в каждом ее жесте. - Любимый!- повторяет она и целует его. Крепко. В щеку. Щека у него заросла буйной щетиной, и терпко пахнет - мужчиной, свободой, и даже, кажется, псиной.
-Любимый!
Любимый снисходительно улыбается и отстраняет ее. Не обидно, а так, чтобы знала свое место.
- Но-но! Не на людях! Что за нежности!
- Послушай, я не могу без тебя! Вчера я гуляла, долго, я встретилась тут с одним...
Его бровь поднимается, он недобро кривит губу....
- Да, так вот, я встретилась тут с одним. Он милый, похож на тебя, но он не ты. Тебе не о чем волноваться. Я, правда, только гуляла! - И она снова целует его.
- Но-но! Поговори мне! - осаживает ее Любимый.- Ты где должна быть с утра? Правильно, очередь занять. А ты шляешься. Ну, сама знаешь, что за это бывает.
- Но я же.. Я не могу без тебя! - Она растерянно повторяет это, целует его и кажется, даже делает вид, что падает к его ногам.
- А, отвяжись. Не мешай делом заниматься! Так, граждане, прррроходим, пррроходим, не мешаем движению, не толпимся! Прроходим!
Он занят делом - регулирует пешеходный поток. Еще бы! На этой улочке оживленное движение - пешеходы, машины... Утром и вечером...И, кроме того, надо охранять территориюю отпосторонних.
-Проходим, граждане! Не мешаем другу другу! - Она тоже пытается помочь, но ее снова осаживают.
-Не лезь не в свое дело! Пойди вот, проверь посты.
Она уходит, потом появляется снова, с бесконечной кротостью в глазах, со взяткой и виноватой улыбкой.
- Непорядок! - замечает Любимый. - Непорядок! Опять шлялась!
- Я же! Я же! - пытается оправдаться она, снова целуя его. - На вот, я тебе поесть принесла, ты же целый день в трудах!
- А, жри сама. Я при исполнении.
Она вздыхает и уносит добытое непосильным трудом. И ест. Не пропадать же добру.Делиться с товарками у них не принято.
Подкрепившись, она снова идет посмотреть, где он и как. Он снисходит, и они совершают короткую прогулку по вверенной территории.
Это счастье. Идти рядом с любимым, тыкаться носом в его плечо, в щеку, чувствовать его запах...
Господи, какое счастье! Неважно, что они - фактически бомжи, что они некрасивы, немолоды и вообще...
Зато она любит его, а он, наверное, ее. Чем они хуже людей, чем они хуже?

В сущности, ничем.
-Любимый! - говорит она и целует его в щеку. Заросшая густой шерстью, щека пахнет мужчиной, свободой и псиной...
Потому что они собаки. Обычные собаки с площади Журавлева...