![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sichanРешила было я свернуть с еврейской темы
И вспомнить первую любовь.
Но мне не повезло - кругом одни евреи,
Чно будоражат плоть и кровь ;)))))(романс такой, экспромтом)
Начнем с начала. Скажем, с отчетливо помнимого (это его помяли, что ли?) детского сада!
Основные впечатление - насильственное навязывание опекунства над теми, кто был младше, слабее, дурнее и так далее.
Покорми с ложечки того, этот пи-пи хочет, подержи ему штанишки и крантик заодно, последи за еще одним этим. Честное благородное слово!
Первый воздыхатель (в средней группе) был мальчишка с средней формой то ли ДЦП, то ли еще чего. Страшный, весь перекошенный, кособокий, несчастный Сережа Филиппов. И еще от него ужасно пахло. Болезнью и преждевреннной старостью. Сережа меня очень любил, преданно держался рядом, когда нас всех усаживалаи на стульЧИКи-лавочки, садился рядом и стрался прижаться поплотнее. Я сползала с лавки и сидела на карачках на земле. И мучилась от жуткого запаха. В один непрекрасный день за Сережей, как обычно, зашла его бабушка. Кажется, она его и воспитывала.
-Деточка, - спросила она, отловив меня, тоскливо сидящую на лавке. - Сережа жалуется, что ты с ним не дружишь. Почему? Он такой чудесный мальчик.
Господи, как же меня заколбасило. Но я была чрезвычайно правдивым ребенком. Мучительно бледнея (я всегда бледнею в критических ситуациях), я пролепетала что-то насчет запаха (поразительно жестоки бывают иногда дети).
Сережина бабушка вскипела:
- Сережа очень чистенький мальчик!
Мне было так стыдно, что дальнейшего я не помню.
Уже в Московском детском саду меня возлюбил пария старшей группы - тощенький, как воробей Валера Тетерин. Бедняга мучился энурезом и был мишенью для все группы и воспитателей. Нас травили на пару. Его - за недуг, меня - за "не от мира сего" и за то, что медленно ела.
Слава Богу, скоро меня одолели бесчисленные ангины и я прочно засела дома под присмотром бабульки.
Первый класс.
Меня посадили на ряд одиночных парт. За мной - самого высоко мальчика в класее. Сашу Жучкова. Жучок был надут и серьезен. В первый же день он сказал:
- Давай с тобой дружить!
-Ага, - сказала я, решив, что наша любовь будет длиться вечно. "Дружить" в Сашкином понятии означало ходить за руку в столовку, а на уроках, больно тыкая меня ручкой под ребра, требовать то ластик, то линейку, то еще какую-нть хреновину.
На пятый день наступил кризис.
- Дай ластик, - больно ткнув меня под ребра, повелел Жучок тоном мужа-сатрапа.
- Отстать, Жучок! Носи свой! - прозвучал мой феминистский ответ.
- Дура! не буду с тобой дружить!- вынес вердикт Жучок.
Свет померк...
Вскоре мое сердце успокоилось самым кудреватым мальчиком в классе. Костя был нагл, развязен, но в моем присутствии тишел и рыцарел. Мы гуляли - за руку! - по кругу на переменах (слушайте, как же близко связаны 1й класс и тюрьма! Особенно если учесть, что директрисой поначалу была...в прошлом - надзирательница в лагере для перемещенных лиц), держась за руки, Мирошников лупил обидчиков, вопящих дурными голосами "тили-тили-тесто". Носил мой портфель, списывал и давал списывать...Даже заколку с красным оленем пдарил... Иддилия, да и только!
Развязка наступила лишь в конце третьего класса. Пионер Мирошников порвал на бэшнике-пионере галстук. Пионерский. красный. свястченный. Был "народный" суд. Я страдала, уставив очи в парту, но чем помочь - не знала. Кинстинктин дрожал и призывал меня сказать, какой он хороший, что это вообще не он, любовь, дружба, замуж, детей 150 штук. Я же, прнципиал этакий, не зная подробностей истории, зная зато характер милого друга, молчала. Потом, я плакала, а рыдать, утирать сопли и докладать - это не по мне.
Грустно, конечно,но на этом любовь закончилась..
В 4-5 классах Мирошников уже любил Машку Красникову, а я продолжала пожирать его глазами.. Ах, эти очки! Этот кудрявый профиль.. ОО, а как он "наводит резкость!!" Ой, повернулся.. ОООйййй....
Ужас.. Как же он меня травил все классы до 9-го, когда он ушел в другую школу..Как пнул меня ногой в летнем лагере.. Правильно я его разлюбила. У него была большая внутренняя агрессия.
Любовь с извращениями :(
Странный он был парень.. Очень сильно душевно поломанный. А потом и физически. Но эта не та тема, чтобы ее в "Паблик" вешать. Паблик Морозов получится, однозначно...
А классе в 8-м я столкнулась в школьном вестибюле в его мамой ( у негьв младших классах училась сестра.
- Как же ВЫ дружили с Костей! Мы так за Вас радовались! Что ж вам помешало дальше дружить?
Я напустила на морду философский вид:
- Видимо, мы выросли из этой дружбы, - проблеяла я.
МамК.М. понимающе улыбнулась.
В шестом классе меня сколбасило. Конкретно. Девочка-хорошистка, нервная, трепетная, слегка дурноватая на голову, с появивишимся длинным горбатым носом, с растущим тухесом, втюрилась в двоечника, вечно немытого Сорокоумова. Я так понимаю, Мирошникова (подозреваю, что в нем была некая плепорция еврейской крови) я более любить не могла, а этот тоже был Константин ;)))
Сорокоумов был сражен. Одно время мы даже сидели за одной партой (на английском), а он писал на страницах своего учебника: "I love Darina! Где мой пуделек?". Я трепетно давала ему списывать, и не менее трепетно сносила его многочисленные издевательства - в основном, словесные, принимая их за безоговорочные знаки любви.
Потом этот подлец влюбился в мою лучшую подругу (наполовину еврейку;))), а она в него.
Вопрос - как мне удалось не возненавидеть подругу и продолжать любить ..этого?
Трындец наступил, когда К.С. отловил меня на выходе из школы, припер к двери и спросил:
- Ты что, дура такая, всем рассказываешь, что я за тобой бегаю?
Я онемела
а) от клеветы
б) от того, что не терплю, когда меня зажимают в угол.
- От тебя вообще воняет, дура, кому ты нужна, - бросил КС и ушел.
Это была очередная клевета, если только он не умел чувствовать запах страха.
Была истерика, летние каникулы, наступил 7й класс.
Любовь прошла. наступила новая любовь. Новая любовь влюбился все в ту же мою подругу. Взаимно. Я прострадала весь учебный год.
Восьмой класс запомнился вяло. Я страдала по бэшнику и по однокласснику (еврею по отцу). Одноклассник сначала вроде бы отвечал взаимносью, потом "ушел к другой".
Девятый и десятый класс я страдал по Корсуну (класс №8), а этот подлец последовательно влюблялся во всех девиц в классе! При этом сидел со мной на ситории и смешил так, что по поведению у меня регулярно бывали двойки.
На закорках внимания существовал толстый, умный и белобрысый Женька Ребров, единственный из парней пригласивший меня на танец на выпускном.
Однажды он сказал ни с того ни с сего:
-Даринка - красавица и мне очень нравится.
Сказать, что я охренела - это ничего не сказать. От избытка чувств я просто треснула его учебником геометрии ( 9й класс,Авторы - Скопец, Ягодовский и, кажется, Клоповский) по башке. Женька потер шишку вечно грязными пальцами и тихо хмыкнул.
ВОт я дурища-то была! Вот где поджидала меня великая школьная любовь! НЕ заметила. Прошла мимо.
Но тут меня отвлекли и мне приходится на этом ПОКА поставить точчку.ру
И вспомнить первую любовь.
Но мне не повезло - кругом одни евреи,
Чно будоражат плоть и кровь ;)))))(романс такой, экспромтом)
Начнем с начала. Скажем, с отчетливо помнимого (это его помяли, что ли?) детского сада!
Основные впечатление - насильственное навязывание опекунства над теми, кто был младше, слабее, дурнее и так далее.
Покорми с ложечки того, этот пи-пи хочет, подержи ему штанишки и крантик заодно, последи за еще одним этим. Честное благородное слово!
Первый воздыхатель (в средней группе) был мальчишка с средней формой то ли ДЦП, то ли еще чего. Страшный, весь перекошенный, кособокий, несчастный Сережа Филиппов. И еще от него ужасно пахло. Болезнью и преждевреннной старостью. Сережа меня очень любил, преданно держался рядом, когда нас всех усаживалаи на стульЧИКи-лавочки, садился рядом и стрался прижаться поплотнее. Я сползала с лавки и сидела на карачках на земле. И мучилась от жуткого запаха. В один непрекрасный день за Сережей, как обычно, зашла его бабушка. Кажется, она его и воспитывала.
-Деточка, - спросила она, отловив меня, тоскливо сидящую на лавке. - Сережа жалуется, что ты с ним не дружишь. Почему? Он такой чудесный мальчик.
Господи, как же меня заколбасило. Но я была чрезвычайно правдивым ребенком. Мучительно бледнея (я всегда бледнею в критических ситуациях), я пролепетала что-то насчет запаха (поразительно жестоки бывают иногда дети).
Сережина бабушка вскипела:
- Сережа очень чистенький мальчик!
Мне было так стыдно, что дальнейшего я не помню.
Уже в Московском детском саду меня возлюбил пария старшей группы - тощенький, как воробей Валера Тетерин. Бедняга мучился энурезом и был мишенью для все группы и воспитателей. Нас травили на пару. Его - за недуг, меня - за "не от мира сего" и за то, что медленно ела.
Слава Богу, скоро меня одолели бесчисленные ангины и я прочно засела дома под присмотром бабульки.
Первый класс.
Меня посадили на ряд одиночных парт. За мной - самого высоко мальчика в класее. Сашу Жучкова. Жучок был надут и серьезен. В первый же день он сказал:
- Давай с тобой дружить!
-Ага, - сказала я, решив, что наша любовь будет длиться вечно. "Дружить" в Сашкином понятии означало ходить за руку в столовку, а на уроках, больно тыкая меня ручкой под ребра, требовать то ластик, то линейку, то еще какую-нть хреновину.
На пятый день наступил кризис.
- Дай ластик, - больно ткнув меня под ребра, повелел Жучок тоном мужа-сатрапа.
- Отстать, Жучок! Носи свой! - прозвучал мой феминистский ответ.
- Дура! не буду с тобой дружить!- вынес вердикт Жучок.
Свет померк...
Вскоре мое сердце успокоилось самым кудреватым мальчиком в классе. Костя был нагл, развязен, но в моем присутствии тишел и рыцарел. Мы гуляли - за руку! - по кругу на переменах (слушайте, как же близко связаны 1й класс и тюрьма! Особенно если учесть, что директрисой поначалу была...в прошлом - надзирательница в лагере для перемещенных лиц), держась за руки, Мирошников лупил обидчиков, вопящих дурными голосами "тили-тили-тесто". Носил мой портфель, списывал и давал списывать...Даже заколку с красным оленем пдарил... Иддилия, да и только!
Развязка наступила лишь в конце третьего класса. Пионер Мирошников порвал на бэшнике-пионере галстук. Пионерский. красный. свястченный. Был "народный" суд. Я страдала, уставив очи в парту, но чем помочь - не знала. Кинстинктин дрожал и призывал меня сказать, какой он хороший, что это вообще не он, любовь, дружба, замуж, детей 150 штук. Я же, прнципиал этакий, не зная подробностей истории, зная зато характер милого друга, молчала. Потом, я плакала, а рыдать, утирать сопли и докладать - это не по мне.
Грустно, конечно,но на этом любовь закончилась..
В 4-5 классах Мирошников уже любил Машку Красникову, а я продолжала пожирать его глазами.. Ах, эти очки! Этот кудрявый профиль.. ОО, а как он "наводит резкость!!" Ой, повернулся.. ОООйййй....
Ужас.. Как же он меня травил все классы до 9-го, когда он ушел в другую школу..Как пнул меня ногой в летнем лагере.. Правильно я его разлюбила. У него была большая внутренняя агрессия.
Любовь с извращениями :(
Странный он был парень.. Очень сильно душевно поломанный. А потом и физически. Но эта не та тема, чтобы ее в "Паблик" вешать. Паблик Морозов получится, однозначно...
А классе в 8-м я столкнулась в школьном вестибюле в его мамой ( у негьв младших классах училась сестра.
- Как же ВЫ дружили с Костей! Мы так за Вас радовались! Что ж вам помешало дальше дружить?
Я напустила на морду философский вид:
- Видимо, мы выросли из этой дружбы, - проблеяла я.
МамК.М. понимающе улыбнулась.
В шестом классе меня сколбасило. Конкретно. Девочка-хорошистка, нервная, трепетная, слегка дурноватая на голову, с появивишимся длинным горбатым носом, с растущим тухесом, втюрилась в двоечника, вечно немытого Сорокоумова. Я так понимаю, Мирошникова (подозреваю, что в нем была некая плепорция еврейской крови) я более любить не могла, а этот тоже был Константин ;)))
Сорокоумов был сражен. Одно время мы даже сидели за одной партой (на английском), а он писал на страницах своего учебника: "I love Darina! Где мой пуделек?". Я трепетно давала ему списывать, и не менее трепетно сносила его многочисленные издевательства - в основном, словесные, принимая их за безоговорочные знаки любви.
Потом этот подлец влюбился в мою лучшую подругу (наполовину еврейку;))), а она в него.
Вопрос - как мне удалось не возненавидеть подругу и продолжать любить ..этого?
Трындец наступил, когда К.С. отловил меня на выходе из школы, припер к двери и спросил:
- Ты что, дура такая, всем рассказываешь, что я за тобой бегаю?
Я онемела
а) от клеветы
б) от того, что не терплю, когда меня зажимают в угол.
- От тебя вообще воняет, дура, кому ты нужна, - бросил КС и ушел.
Это была очередная клевета, если только он не умел чувствовать запах страха.
Была истерика, летние каникулы, наступил 7й класс.
Любовь прошла. наступила новая любовь. Новая любовь влюбился все в ту же мою подругу. Взаимно. Я прострадала весь учебный год.
Восьмой класс запомнился вяло. Я страдала по бэшнику и по однокласснику (еврею по отцу). Одноклассник сначала вроде бы отвечал взаимносью, потом "ушел к другой".
Девятый и десятый класс я страдал по Корсуну (класс №8), а этот подлец последовательно влюблялся во всех девиц в классе! При этом сидел со мной на ситории и смешил так, что по поведению у меня регулярно бывали двойки.
На закорках внимания существовал толстый, умный и белобрысый Женька Ребров, единственный из парней пригласивший меня на танец на выпускном.
Однажды он сказал ни с того ни с сего:
-Даринка - красавица и мне очень нравится.
Сказать, что я охренела - это ничего не сказать. От избытка чувств я просто треснула его учебником геометрии ( 9й класс,Авторы - Скопец, Ягодовский и, кажется, Клоповский) по башке. Женька потер шишку вечно грязными пальцами и тихо хмыкнул.
ВОт я дурища-то была! Вот где поджидала меня великая школьная любовь! НЕ заметила. Прошла мимо.
Но тут меня отвлекли и мне приходится на этом ПОКА поставить точчку.ру
